Вера Ли-Рэйвен

Современная художница
Мы заглянули в мастерскую Веры Ли-Рэйвен — туда, где рождаются мистические образы. Поговорили о рабочих приёмах и смыслах, вложенных в каждое полотно. О том, как сплетаются вуду, готика, поп-арт в одном визуальном языке. Получился живой и глубокий разговор о сути творчества.
  • Почему псевдоним — Вера Ли-Рэйвен?
    Это имя — симбиоз из нескольких. Оно отражает разные этапы моей жизни и сочетает в себе, казалось бы, несовместимые миры. Наверно, стоит сделать важное примечание: я из того поколения, чьё детство прошло без интернета. Он появился в моей жизни, когда мне было примерно 17–18 лет. Тогда я вплотную увлекалась готикой, литературой, всем, что связано с Лилит. Собственно, имя Лилит и было моим первым ником везде: и в социальных сетях, и в творческой среде. Друзья сокращали это имя до «Ли» — это стало чем-то привычным. Ли всегда ассоциировалось ещё и с легендой — с великим Брюсом Ли, а также с его сыном Брэндоном, подарившим миру культового «Ворона» — самый красивый и печальный из всех готических фильмов. Так и сформировалось.
  • Но фильм с Брэндоном Ли в оригинале называется «The Crow»?
    Да, всё верно. «Crow» переводится как «ворона», а «raven» — как «ворон». Я в этом смысле за орнитологическую точность. Поэтому в данном контексте осознанно выбрала именно «Raven», как у Эдгара По. Это моя своеобразная дань и отражение любви к этим мудрым и харизматичным птицам.
  • Ок, ты любишь птиц и конкретно воронов. Почему тогда позиционируешь себя как «художник с воробьём»?
    Понимаю, насколько запутанно это звучит. Но и за этим лежит история. Мне всегда нравились персонажи-трикстеры — те, кто не является однополярным добром или злом, те, кто играет даже в самой непростой ситуации. Таких героев много и в глубинных мифах, и в современной поп-культуре. Наверно, первым из таких трикстеров для меня был Джек Воробей. Его вселенная серьёзно повлияла на восприятие эстетики, пиратской романтики и символизма для целого поколения. В характере персонажа так или иначе подсвечивалась параллель с воробьями, рождая непроизвольную ассоциацию.
    Так сложилось, что спустя годы мне самой посчастливилось стать мамой полевого воробья. В июле 2020 одна девушка нашла и выходила лысого птенца, выпавшего из гнезда. Перед учебным годом она искала ему новый дом. Я увидела объявление и не смогла остаться в стороне. Так Джеки переселилась к нам и стала любимицей всей семьи. Поэтому фраза про художника с воробьём — самая буквальная.
Полевой воробей Джеки сидит на руках художницы Веры Ли-Рэйвен. Маленькая ручная птица, ставшая музой и частью творчества.
Воробей Джеки на руках Веры Ли-Рэйвен. Момент игры и доверия между художницей и её пернатой спутницей. Иллюстрация к интервью.
Художница Вера Ли-Рэйвен с ручным воробьём Джеки на руке. Кадр из личного архива, показывающий источник вдохновения для псевдонима «художник с воробьём».
  • Как начался твой путь художника?
    Можно сказать, что с самого детства. Всегда рисовала принцесс, красивые женственные лица персонажей. В подростковом возрасте уже осознанно рисовала портреты артистов по фото. Часто рисовала прямо на парах.
  • Когда ты решила всерьёз этим заняться?
    Если говорить про первые шаги в соцсетях, то всё начиналось просто по приколу.
    2020 год, где-то до ковида, видела, как многие художники выкладывают свои работы в интернете. Подумала: «Почему бы нет». В ту пору я на работе прямо в офисе что-то пробовала. Были первые эксперименты с карандашами, с акварелью, с цветом. Хотелось не просто скетч изобразить, а интерактив какой-то придумать, загадку. Пришла идея нарисовать руки Джонни Деппа и в каждом рисунке зашифровать конкретный фильм, характер персонажа. Так родилась первая серия работ. Наверно, именно это послужило стартом. Процесс очень затянул. Появился азарт, а вместе с ним и отклик аудитории — дальше по нарастающей.
  • Какие художники, фильмы или книги повлияли на тебя сильнее всего?
    Про фильмы и книги, наверное, можно говорить до бесконечности: их очень много, подсчёту не поддаются. Если говорить о художниках, то помимо классики всегда поражали авторы комиксов. Первое такое впечатление — Борис Вальехо, Джули Белл. Удивительный стиль, работоспособность и масштаб — в юности это очень сильно впечатлило. В более взрослом возрасте — Джеральд Бром. Супер плодовитый автор, креативный, загадочный и как художник, и как писатель. Моё почтение.
  • Почему именно вуду?
    Так совпало. Как уже говорила, я с ранних лет была поклонницей готики, нравилось всё мрачное, эстетичное и таинственное. И в какой-то момент, в уже осознанном возрасте, по совету отца прочитала книгу «Вуду в мегаполисе». Папа ею сильно впечатлился. Ну и, разумеется, это не могло не повлиять: эстетика ритуалов, глубокая и таинственная культура, синкретизированная с каноничным христианским пантеоном. Именно тогда я впервые узнала о Бароне Самеди. Это сильно поразило и легло, так сказать, в благостную почву.
  • Ты начала живопись с афроамериканской культуры — это как-то связано с BLM?
    Нет, это просто совпадение. Если честно, я сама удивилась, когда заметила его. Ведь тема афроамериканской культуры раньше была в России довольно нишевой, о ней мало кто говорил в русскоязычном интернете. И вдруг — такой ажиотаж. Первое время у меня было к этому какое-то сложное чувство. Даже не ревность, а скорее неприятная ассоциация: будто моё творчество резко поменяло контекст, и я пытаюсь хайповать на острой социальной теме. Но такого замысла у меня никогда не было. Творчество всегда шло от сердца.
  • Почему в твоём творчестве много мужчин?
    Ну, примерно потому же, почему мужчины чаще рисуют женщин. Назовём это эстетическим предпочтением, если хочешь. Но также это осознанная дань феминизму. Если вспомнить историю, женщины довольно долго не допускались до обучения в художественных школах и академиях. Искусство веками было мужским, и взгляд на него — тоже. А женское тело в этом искусстве оставалось объектом. Сегодня мир шагнул вперёд, мы живём в 21 веке, и женщины могут себе позволить так же объектно смотреть на мужчин. Почему нет? Это не значит, что мы смотрим на мужчин с каким-то негативом или закладываем пренебрежение в своём творчестве. Скорее наоборот: и мужчины, и женщины творят из чувства любви, а не соперничества. Творчество — это главный язык любви.
  • Как в твоих картинах сочетается гик-культура с мистикой и глубокой религиозностью?
    Мы — поколение, выросшее в 90-х, впитали в себя ту самую гик-культуру, в каком-то смысле застали её расцвет. И тут важно понимать, что те культовые произведения были построены на глубоких характерах и образах. Лор персонажей не был придуман «с потолка», он строился на серьёзных сценариях, переосмыслениях и порой на экранизациях древних мифов. Поэтому для меня эти вещи навсегда взаимосвязаны. Поп-культура сама по себе — некий культ, почти религия.
  • Как рождается образ: ты видишь его сразу или он складывается постепенно?
    Бывает по-разному. Чаще это что-то спонтанное. Как вспышка. Наслаждение чем-то прекрасным. Этим хочется поделиться.
  • Что для тебя самое сложное в работе над картиной — начать, продолжить или закончить?
    Продолжить, чтобы закончить. Всегда! Начать вообще не проблема. Системно и дисциплинированно работать — это всегда вызов, преодоление себя. Поэтому всё, что ты видишь, — любые законченные картины — это только вершина айсберга. Впереди ещё так много всего.
  • Как ты относишься к тому, что твои работы могут быть неверно истолкованы?
    Норма. Тут скорее будет чудо, если их поймут верно. Ведь проще всего: вешать ярлыки.
  • Чего ты боишься как художник? Критики, забвения, непонимания?
    Трудно сказать. Я придерживаюсь тезиса, что каждый творец так или иначе говорит с вечностью. Кто-то осознанно, кто-то нет, — но каждый борется с забвением. Критики никто не избежит, непонимания тоже.
  • На каких площадках ты чувствуешь себя наиболее «в своей среде» и почему? Меняется ли восприятие твоих работ в зависимости от платформы?
    О да, одни и те же работы на разных площадках играют новыми красками. В этом плане всегда приятно удивлял DeviantArt. На мой взгляд, это самое отзывчивое и позитивное творческое комьюнити. Именно на этой площадке мне всегда залайкивали одну и ту же картину. Среди всевозможных работ именно «Пиковая Дама» вызывала наибольший резонанс у той аудитории. Это забавно.
  • Какая твоя работа — самая любимая и почему?
    Нет такой. Все картины для меня как дети. Невозможно выделить какую-то одну.
  • Какие у тебя творческие планы?
    Их всегда очень много. Идей больше, чем времени. В сутках всего 24 часа, но так много хочется успеть — и новые серии, и эксперименты с материалами, и большие проекты.